Малайсийский гобелен - Страница 5


К оглавлению

5

Умиротворенный, он тронул ее за подбородок.

- Хорошо, хорошо, хорошо. Мне нужно попудрить парик и спуститься на площадку, где будет проходить турнир. Я должен убедиться, что сцена сооружается должным образом. Все необходимо делать самому. Нельзя ни на кого надеяться... Внимание к деталям - признак гениальности человека... Настоящий артист никогда не отвергает практическую сторону... Реальность - это слепок фантазии. "Миллион лет назад из влажных доисторических джунглей..." Смелая строка, если правильно произносить.

Кемперер, продолжая болтать в известной мне манере, метался с Ла Синглой по комнате. За ним еле успевал слуга. Кемперер готовился к выходу в город. Я воспользовался возможностью, достал провизию из-за пазухи и откусил кусок булочки.

Когда Кемперер уже надел парик и с помощью слуги облачался в верхнее платье, он подозрительно посмотрел на меня и сказал:

- Ты понял, что я имею в виду, де Чироло? Ты сыграешь роль Албриззи. На свадебной церемонии Ламбантов-Орини. Но пока Византия в упадке, работы мало и торжества проходят редко, поэтому тебе не стоит крутиться возле моего дома и искать моего расположения.

- Тогда, может быть, я останусь и мы с Ла Синглой поработаем над ролью Хеды,- сказал я, взяв с кушетки книгу с текстом.

Он выхватил книгу из моих рук, всем своим видом показывая негодование.

- Ты не будешь с ней работать ни над одной ролью. Глубокое почтение к ней, вот все, что от тебя требуется. Вы, молодые оболтусы, думаете, что вы обольстительные щеголи и делаете все, чтобы нарушить покой моей дорогой жены. Ты пойдешь со мной. Я не оставлю тебя бездельничать в моем доме.

Взяв себя в руки, я произнес:

- Буду счастлив сопровождать вас, маэстро. Моя репутация только укрепится, если меня увидят с вами в городе. Надеюсь лишь, если я правильно вас понял, вы не подвергаете сомнению мое честнейшее отношение к Ла Сингле, великой актрисе наших дней.

Несколько успокоившись, но все еще что-то бормоча, он схватил меня за руку и, не позволив мне галантно распрощаться с Ла Синглой, повел через двор. При этом он был так сосредоточен, что не обратил внимания на Альберта, который при виде хозяина начал издавать печальные звуки.

Когда ворота за нами закрылись и мы уже были на улице, я спросил маэстро, куда он направляется.

- А куда идешь ты, де Чироло? - Кемпереру всегда была присуща чрезмерная подозрительность.

Я надеялся, что он повернет в южную часть города, чтобы попасть на Арену. Желая отделаться от Кемперера, я ответил, что мне нужно идти в северном направлении к храму святого Брагаты.

- Нам не по пути. Поэтому я не составлю тебе компанию. Какая потеря, мой милый. Запомни, если я не пошлю за тобой, ты можешь быть свободен до спектакля, в котором ты играешь роль Албриззи. Не околачивайся вокруг моего дома. И не думай, что мне нравится бездельничать больше, чем тебе, но летом все богатые семьи выезжают из города. Кроме того, армия Отоманской империи находится на подступах к Малайсии, а такие события плохо влияют на интерес людей к театру. Впрочем, любые события снижают интерес к театру.

- С нетерпением буду ждать нашей следующей встречи.

Мы раскланялись.

Кемперер не двинулся с места. Сцепив пальцы рук, он пристально смотрел мне вслед. Поворачивая за угол, я оглянулся и убедился, что он по-прежнему наблюдает за мной. Кемперер с насмешкой помахал мне. Он имел вид человека, который прощается на очень долгое время.

Оказавшись вне поля его зрения, я спрятался за колоннами первого попавшегося дома и стал ожидать дальнейшего развития событий. Как я и полагал, вскоре появился Кемперер. Он был похож на лису, которая вынюхивает спрятавшуюся дичь. Когда Кемперер убедился, что вокруг никого нет, он что-то пробормотал под нос и скрылся из виду.

Дав ему возможность отойти подальше, я развернулся и вскоре опять оказался у ворот его дома. Я позвонил в колокольчик, и был принят Ла Синглой, от которой исходило сияние.

За прошедшие несколько минут она надела поверх пеньюара, раскрывавшегося при каждом шаге, легкое платье из голубого шелка, которое, однако, не делало ее более одетой. Золотистые волосы Марии рассыпались по плечам при каждом движении. Она села за стол и игриво поднесла чашечку к губам.

- Если ты помнишь, я должен продемонстрировать тебе мое глубочайшее почтение,- напомнил я.

- Надеюсь, и многое другое,- тихо проговорила она, опустив глаза и рассматривая белую скатерть на столе, дав мне таким образом возможность оценить ее длинные ресницы.

Я бросился на колени перед стулом Ла Синглы и поцеловал ей руку. Она попросила меня подняться. Я прижимал Ла Синглу к себе до тех пор, пока не почувствовал, что ее роскошная грудь вдавливается в ветчину, сыр и хлеб у меня за пазухой.

- Черт возьми, моя туника! - вскрикнул я, вытаскивая из-под одежды остатки ветчины, хлеба и сыра.

Ла Сингла рассмеялась чудесным, прекрасно отрепетированным смехом.

- Тебе необходимо снять рубашку, дорогой Перри. Пойдем в мой будуар.

Мы направились в ее благоуханную комнату.

- Теперь ты видишь, как может проголодаться бедный актер, который вынужден воровать еду со стола самой обожаемой им женщины на свете. У меня под туникой ты обнаружила ветчину. Но ни под какими брюками не скрыть...

- Что бы там ни находилось, меня это не захватит врасплох. И поступая в соответствии со своими словами, она начала развязывать тесемки, удерживающие платье. Через секунду наши тела превратились в единое целое. Обнаженные, мы в восторге перекатывались по незастеленной кровати. Поцелуи Ла Синглы были горячими и жадными, ее тело упругим и прекрасным. Я устремлял свой барк в ее маленькую, имеющую форму луны лагуну до тех пор, пока наши воды не слились в восторженно бушующее море, где не было места рассудку. После чего, потерпев восхитительное кораблекрушение, мы устало лежали на постели и я смотрел на ее мягкие зеленеющие берега... "Жаркие доисторические джунгли",- ошибочно процитировал я.

5